Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

pic#87971784 основная

Иван Великанов добавил в моцартовский оркестр гитару и кастаньеты

Премьера оперы «Свадьбы Фигаро» прошла в Нижнем Новгороде. Георгий Ковалевский, "Независимая газета".

В Нижегородском государственном академическом театре оперы и балета им. А.С. Пушкина состоялась новая постановка оперы В.А. Моцарта «Свадьба Фигаро». В связи с известными событиями всеобщей пандемии спектакль переехал почти на год и стал первой оперной премьерой нынешнего непростого сезона.

Написанная Моцартом в 1786 году, в расцвете творческих сил «Свадьба Фигаро» стала первым опытом сотрудничества композитора с либреттистом Лоренцо да Понте, который оказался столь удачен, что привел к появлению еще двух знаковых в истории музыки опер «Дон Жуан» и «Так поступают все». Из этой известной трилогии написанная на основе знаменитой пьесы Бомарше «Свадьба Фигаро» в режиссерском плане, пожалуй, самая непростая. В отличие от того же «Дон Жуана» в ней очень мало эффектных с точки зрения зрителя сцен, вся драматургия строится на жестах и полунамеках. Понятные современникам Моцарта и Бомарше герои-маски, равно как и легко считываемая в то время игра с переодеваниями в нашу эпоху уже требует объяснений. В истории «Свадьбы Фигаро» в России свою негативную роль, к сожалению, сыграла и советская идеология, трактовавшая комедию положений чуть ли ни как манифест «классовой борьбы» умного слуги против бесчестного графа. Именно под этим предлогом в Советском союзе оперу поставили в программу музыкальных школ, заставив педагогов объяснять детям «взрослый» сюжет. Неудивительно, что в российской поставочной жизни моцартовской «Свадьбы Фигаро» (в отличие от пьесы Бомарше) подлинных успехов было мало, и тем отраднее, что настоящая удача на этом фронте случилась в Нижнем Новгороде. Ведь именно в этом краю в середине XIX века местный помещик Александр Дмитриевич Улыбышев на французском написал первую научную монографию, посвященную Моцарту.

Нижегородский оперный театр несколько десятилетий практически не был заметен на музыкальной карте России. Причин тому было несколько, и «охранительская» позиция руководства, не приветствовавшего ярких режиссерских решений, и невысокий исполнительский уровень, отбивающий всякое желание посещать театр. Единственный фестиваль «Болдинская осень», проходивший обычно в тусклые дни ноября, каждый год представлял фактически одинаковую программу и уже давно перестал быть интересен для публики. Полтора года назад дирекция сменилась, и «лед тронулся». Поставленная молодой московской командой моцартовская «Свадьба» стала прорывной для консервативного Нижнего Новгорода, доказав, что и в провинции в труднейшем музыкальном и театральном тексте можно приблизиться вполне к европейским стандартам. Европейцы, справедливости ради, тоже приняли участие в подготовке премьеры. В отличие от прежних русскоязычных постановок «Свадьбы Фигаро» в Нижнем опера исполнялась на языке оригинала. Приглашенный итальянский репетитор Джанлука Пальюзо научил нижегородцев петь на языке своей солнечной страны, а приобретенный специально к премьере экран, на котором шли русские титры, помог зрителям лучше ориентироваться в перипетиях сюжета.

Режиссер Дмитрий Белянушкин поместил действие оперы в наши дни, превратив финальную чехарду с переодеваниями в своеобразную «ролевую игру», с облачением в парики и камзолы. Получился действительно веселый и остроумный спектакль, в котором графиня звонит Сюзанне по мобильному телефону отдавая распоряжения из своей роскошной гардеробной, мстительный Бартоло прокравшись в номер, приготовленный для брачной ночи молодоженов, распевая свою арию делает из покрывала и подушек куклу, с которой тут же «расправляется», гости снимают на смартфоны момент помолвки Фигаро и Сюзанны, озабоченный школьник Керубино трогательно распевает свои куплеты, расправляя помятые бумажки с собственными виршами, а Барбарина во время своей знаменитой каватины проплывает на надувном матрасе по авансцене.

Опытный сценограф Виктор Шилькрот виртуозно вписал в пространство небольшой сцены заданные в опере места действия. Господский дом графа, с напоминающими больше на современную гостиницу комнатами, легко трансформировался в парк с башней смотрителя и лодочной станцией, где происходило заключительное действие. Сделанный в форме большого жалюзи занавес (отсылка к теплым солнечным краям действия) контрастировал с прозрачными раздвижными панелями на заднике, превращающихся периодически в большой экран, на котором «высвечивались» те или иные персонажи. Например, в мечтательной арии Графини, сетующей на то, как быстро улетучилась былая нежность со стороны супруга, за прозрачной стеной возникал герой ее жалоб, одетый в стильный белый костюм. Ближе к завершению спектакля современные одежды (пара Фигаро – Сюзанна были в черном, а граф – графиня, напротив, в белом) сменились на пышные юбки и кринолины (прекрасная работа художника по костюмам Ирэны Белоусовой). Точкой перехода настоящего и прошлого стала вокально-танцевальная сюита во втором действии (в моцартовской партитуре – финал третьего действия). Изящный трехдольный танец, во время которого графиня и Сюзанна меняются платьями, был превращен в испанское фанданго в духе Боккерини с гитарой и кастаньетами (хореограф – Наталья Фиксель). Появление этих экзотичных для классической партитуры инструментов, внезапно заставляющих вспомнить о месте действия комедии – Севилье, пожалуй, единственная музыкальная вольность, которую дирижер Иван Великанов позволил себе привнести в моцартовский текст, интерпретированный с необыкновенным вдохновением и живостью. Приверженец исторически информированного исполнительства Иван, имея в распоряжении современный оркестр, без жильных струн и натуральных духовых, сумел добиться ясного, полетного звука, позволяющего в полной мере оценить необыкновенную красоту моцартовской партитуры. Вместо дирижерского пульта перед маэстро стоял клавесин, на котором он, как во время Моцарта, аккомпанировал певцам в речитативах, легко переключаясь от игры к жестам.

Вокальный ансамбль солистов также оказался очень хорош и был почти полностью сформирован местными силами (из приглашенных столичных гостей был только баритон Олег Цыбулько, певший в первом составе). Каждый из певцов по-своему раскрыл своего героя, подчеркивая в изображаемом персонаже те или иные качества. По сути, у двух премьерных составов получилось два разных спектакля. Например, граф Альмавива в исполнении Олега Федоненко был импозантен, харизматичен, напоминая уверенного в себе босса, тот же герой в интерпретации Алексея Кошелева, получился не столь напористым, более сомневающимся, зато очень пластичным и гибким в ансамблях. Среди несомненных актерских и вокальных удач – графиня (Светлана Ползикова), Сюзанна (Олеся Яппорова), щеголяющая пестрыми нарядами комическая парочка Бартоло – Марцелина (Вадим Соловьев и Надежда Маслова), более дерзкий и угловатый в первом составе, и более романтический и трогательный во втором Керубино (соответственно – Екатерина Платонова и Ольга Борисова). Стремительные темпы, задаваемые Иваном Великановым, не приводили к суете, а подчеркивали упоение молодостью и жизнью, царящее у Моцарта, и это, пожалуй, стало главным достижением и надеждой, что искусство способно стать живительной силой против косности и рутины.

https://www.ng.ru/culture/2021-03-02/100_cult_2_02032021.html
pic#87971784 основная
  • lapadom

Как устроена опера «Свадьба Фигаро» в театре имени А.С. Пушкина

Автор Анна Лобова
Фотограф Илья Большаков




Театр оперы и балета имени А.С. Пушкина представит свою самую важную премьеру сезона – оперу «Свадьба Фигаро» 12, 13 и 14 февраля. Масштабный спектакль должен был выйти в свет еще в прошлом апреле, но пандемия заставила зрителей дожидаться обещанного на 10 месяцев дольше, а артистов – работать над партиями, сидя по домам. Наконец, подготовка к премьере вышла на финишную прямую. The Village узнал, что необычного можно будет увидеть в постановке Дмитрия Белянушкина. Спойлер – бассейн на сцене, камеры слежения и настоящий клавесин.

С чего все началось: Бомарше придумывает революционера Фигаро, а Моцарт пишет оперу
В 1775 году Бомарше написал комедию «Севильский цирюльник», в ней впервые появился Фигаро — изобретательный и находчивый слуга, в 1784 была создана вторая история, посвященная этому герою — «Женитьба Фигаро». В «Женитьбе» действуют те же персонажи, однако настроение у произведения сильно меняется, оно обретает революционный дух — Бомарше наделяет сюжет явным антиаристократическим посылом: слуги становятся умнее, предприимчивее и симпатичнее, чем их недалекие распутные синьоры, они легко обманывают господ и идут к своим целям.

Вольфганг Амадей Моцарт тем временем жил в Австрии, где, кстати, «Женитьба Фигаро» была запрещена. Композитор уже был широко известен, к тридцати годам Моцарт успел объехать всю Европу, писал оперы, камерные произведения и церковную музыку. В истории, сочиненной Бомарше, его привлекала не только острая тема, но и динамичность сюжета и обилие комичных моментов. К тому времени композитор уже работал с итальянским поэтом Лоренцо да Понте, именно он не просто написал либретто, но и добился разрешения постановки.

Первый показ оперы прошел в бургтеатре Вены в 1786 году, на первых двух спектаклях Моцарт дирижировал сам, он же исполнял партию клавесина.

Это - небольшой фрагмент интереснейшего материала, читайте его дальше:
https://www.the-village.ru/city/how-city/svadba-figaro
pic#87971784 основная
  • lapadom

(no subject)

Оригинал взят у mi3ch в музыка


Нидерландское Баховское общество записывает ВСЕ известные на сегодня 1 080 сочинений Баха – для хора, оркестра, солистов – и выкладывает их в свободный доступ.

Каждую пятницу на сайте появляется новое произведение Баха.
Проект завершится в 2021 г. Люди работают без рекламы, записи доступны бесплатно. Коллектив знаменитый и приглашают они лучших музыкантов.


pic#87971784 основная
  • lapadom

Израильская Опера открывает новый сезон "Свадьбой Фигаро"

www.newsru.co: Израильская Опера открывает новый сезон "Свадьбой Фигаро" в постановке Литовского национального театра опера и балета. Из Вильнюса в Тель-Авив прибывают солисты, балет, певцы и хор, оркестр и технический персонал. Новая постановка "Свадьбы Фигаро" Моцарта будет показана в режиссуре испанца Эмилио Саги. Спектакли пройдут с 4 по 15 ноября в здании Оперы в Тель-Авиве и откроют 31-й сезон Израильской Оперы. Партию Фигаро исполняет Костас Сморигинас – один из ведущих мировых оперных баритонов. 


Литовская опера уже представляла в Тель-Авиве в 2008 году оперу "Саломея" Рихарда Штрауса – спектакль, тепло встречный публикой. На сей раз из Вильнюса привозят "Свадьбу Фигаро" - знаменитую комическую оперу Моцарта, брызжущую весельем, юмором и, прежде всего, искрометной музыкой. Спектакль карнавальный, красочный и веселый, с постоянными шутками и переодеваниями актеров, как, собственно, и положено классической комической опере. 
 "Свадьба Фигаро" - самая старая опера из постоянно находящихся в репертуаре практически каждой труппы в западном мире, вызывающей восторг миллионов слушателей, не остающихся равнодушными к Керубино и Сюзанне, и, конечно, к самому Фигаро - энергичному и элегантному ловкачу и хитрецу. Когда-то - в 1786 году - это произведение, кажущее ныне изящнейшей безделицей, было необычайно революционным. Слуги, дерзящие хозяевам и игнорирующие исконное право droit du seigneur (право первой ночи), пугали во времена, предшествующие Французской революции. Долгое время пьеса Бомарше была запрещена для постановки на парижской сцене, а австрийский император Йозеф разрешил постановку оперы "Свадьба Фигаро" только после того, как либретист Лоренцо да Понте вырезал из либретто некоторые строки. Но эта опера в не меньшей степени революционна и в музыке. "Свадьба Фигаро" - это, в первую очередь, музыкальный рассказ, а не только комедия положений. Когда-то этот шедевр был абсолютно новаторский. Сейчас же – абсолютно привычный.Collapse )
pic#87971784 основная

Пять цветов Моцарта


Статья опубликована в № 3820 от 27.04.2015
В Большом театре «Свадьбу Фигаро» сыграли в пяти цветах радуги
Опера Моцарта переехала в эпоху раннего цветного кино
26.04.15
Ведомости
Петр Поспелов

Граф Альмавива (второй слева) позаботился о том, чтобы его дом выглядел нарядно
Дамир Юсупов / Большой Театр
Оба постановщика «Свадьбы Фигаро», дирижер Уильям Лейси и режиссер Евгений Писарев, попали в Большой из Театра им. Станиславского и Немировича-Данченко, откуда незадолго до того пришел и нынешний генеральный директор Большого Владимир Урин. Теперь Большой театр не торопится открывать новые имена – он опирается на проверенные кадры.
Зато есть гарантия качества. Уильям Лейси – дирижер с большим опытом, Евгений Писарев, хотя и ставит всего вторую в жизни оперу, в первой своей постановке («Итальянка в Алжире» Россини) обнаружил понимание комедийного оперного жанра, умение объяснить задачи артистам и тщательно проработать мизансцены. А что касается сценографа Зиновия Марголина, то он как раз тот человек, на чей оперный опыт можно опереться.
Меньше года назад Писарев и Марголин поставили в Театре им. Пушкина «Женитьбу Фигаро» Бомарше. Рецензию «Ведомостей» на тот спектакль можно смело приложить и к постановке оперы Моцарта, написанной по этой великой пьесе.
Хотя сценография иная – не лестница с часами наверху, а двухэтажный дом в разрезе. Действие происходит в разных его комнатках, некоторые из них соединены друг с другом, что создает условия для подслушиваний, пряток и всего прочего, что требует комедия положений. Графиня прячет Керубино в душевой, где его через техническое оконце подменяют на Сюзанну. На последних аккордах второго акта в душевой оказывается Дон Базилио, и вот на него, в наказание за интриги, низвергается щедрая струя воды.
Это одно из немногих отступлений от ремарок либреттиста, которое позволил себе режиссер. В остальном он добросовестно, как положено профессионалу, следует ситуациям, прописанным в либретто, дотошно выстраивает мизансцены, заставляет артистов играть второй и третий план, при этом не забывая, что главным их занятием остается пение. Кое-где драматический режиссер все же проглядывает: Писарев не режиссирует окончания арий под аплодисменты, напротив, стремится слить их с продолжением действия. Равным образом он сливает акты, и в тот момент, когда третий переходит в четвертый, Барбарине приходится распевать арию о потерянной булавке, только что испытав жаркий поцелуй Графа – что не слишком вяжется с невинным и печальным характером музыки этого номера.
Спектакль радует глаз. Действие оперы перенесено куда-то в середину 1960-х, когда только-только появилось цветное кино. Цвет в спектакле активен и продуман: это не пятьдесят оттенков, а всего пять чистых цветов, в сочетании с квадратами архитектуры напоминающих стиль Пита Мондриана. Костюмы Виктории Севрюковой остроумно придуманы и отлично идут всем артистам, а в особенности артисткам – от Графини, чью осиную талию схватывают то пеньюар, то вечернее платье, то белое одеяние мнимой невесты, до как одна стройных артисток миманса. Винтажный реквизит забавен: у подростка Керубино, косящего под Элвиса Пресли, в руках красная электрогитара, у Фигаро – желтый телефон на длинном шнуре, у Графа – шуруповерт, у Графини – тонкая сигарета. Аристократы в постановке – некие медийные фигуры, позирующие фотографам. Слуги – они и есть слуги. Если у Бомарше и Моцарта действие протекает во время перехода от феодальных отношений к рыночным (Граф отказывается от права первой ночи, но хочет купить у Сюзанны ночь за деньги), то герои постановки Писарева находятся в блаженном неведении грядущих студенческих бунтов и левых манифестов – они просто ведут красивую жизнь. Только вместо музыки Нино Роты или Мишеля Леграна звучит почему-то Моцарт.
Шедевр в цене
Из опер Моцарта «Свадьба Фигаро» – самая популярная на российской сцене. Сегодня проще назвать оперный театр, в репертуаре которого ее нет. В текущем сезоне премьера «Свадьбы Фигаро» прошла в московском театре «Новая опера».
Уильям Лейси, кто бы сомневался, подготовил оркестр и все музыкальные силы безупречно – хотя при всей правильности и безукоризненности более чем просто профессиональной его работу не назовешь, мест, где сердце бы замирало от красот моцартовской партитуры, не предусмотрено. Первый состав солистов весьма ровный, сплошь отечественный, сплошь штатные или постоянные приглашенные певцы, дебютов нет. В их подборе можно уловить идею преемственности: за вычетом пары маленьких партий в составе заняты сплошь премьеры Большого, представляющие эпохи разных творческих лидеров театра.
Эпоху Марка Эрмлера – Ирина Рубцова (Марцелина, дама в летах).
Эпоху Александра Ведерникова – Анна Аглатова (Сюзанна), Александр Виноградов (Фигаро) и Валерий Гильманов (садовник Антонио).
Эпоху Михаила Фихтенгольца – Анна Крайникова (Графиня), Константин Шушаков (Граф), Юлия Мазурова (Керубино), Олег Цыбулько (Бартоло), Станислав Мостовой (Дон Базилио).
Эпоху Дмитрия Вдовина – Богдан Волков (Дон Курцио) и Руслана Коваль (Барбарина).
Молодые голоса, само собой, звучат особенно свежо и чисто. А если выбирать лучшего игрока матча, как это делают в футболе, то я бы назвал парнишку Керубино – две его арии в исполнении Юлии Мазуровой стали просто подарком ценителям хорошего вокала.
pic#87971784 основная

Анна Владимирова: "Свадьба Фигаро" в Большом: стиляги из 60-х ищут лекарство от любви

Анна Владимирова: "Свадьба Фигаро" в Большом: стиляги из 60-х ищут лекарство от любви
http://radiovesti.ru/article/show/article_id/166125

"Фигаро там, Фигаро здесь". На Новой сцене Большого театра России пройдет премьера оперы Вольфганга Амадея Моцарта по комедии Пьера-Огюстена Бомарше "Свадьба Фигаро", либретто Лоренцо де Понте. Режиссер-постановщик спектакля - художественный руководитель Театра имени Пушкина Евгений Писарев - прокатил героев в машине времени и показал, что лекарство от любовной лихорадки не придумано до сих пор. На репетиции спектакля побывала корреспондент "Вестей ФМ" Анна Владимирова. Торшер, софа, дисковый телефон. В постановке оперы-буфф 18 века реквизит в ретро-стиле 60-х вполне уместен. Лаконичная сценография - несколько импровизированных комнат, побогаче для графа и графини и победнее для их слуг - выдержана в красных, оранжевых и синих тонах. Скоро здесь грянет свадьба Фигаро - а значит, надо забыть о скуке! Костюмы героев - феерия цвета. Голубые приталенные платья, серые зауженные брюки. А чего стоит желто-пестрый шелковый халат графа! Или пеньюар его жены цвета беж. Режиссер спектакля Евгений Писарев объясняет, что сделал героев оперы Моцарта стилягами из 60-х, чтобы приблизить их к зрителю сегодняшнему: "Граф - не просто абстрактный граф, а это публичный, богатый человек. А его жена - брошенная им, не назову это рублевской женой, но некая красивая женщина, которая была взята замуж, чтобы служить картинкой для успешного человека. Но мне кажется, это не главное. Я не делал какой-то неожиданный разбор. Я ставил спектакль о любви, о достоинстве человека, который пытается сохранить его, будучи униженным. Ставил о людях, которые пытаются быть счастливыми". Опера о людях, стремящихся к счастью, неслучайно идет на Новой сцене Большого театра. Именно здесь хитрые мины Фигаро, томные взгляды Сюзанны, нежная грусть графини и нетайная страсть графа видны особенно отчетливо, продолжает музыкальный руководитель Большого театра Туган Сохиев: "За счет того, что сцена немного поменьше и зритель находится ближе к сцене, все игровые моменты, которые необходимы в этой опере, здесь присутствуют. Очень много маленьких деталей, оттенков, полутонов, прежде всего музыкальных, поэтому это важно". Музыкальная трактовка Моцарта пикантной, а местами порочной комедии Бомарше, по оценкам критиков - образец изящества от первого до последнего такта. Композитор воспринимал главного героя близко к сердцу. И это, по мнению дирижера-постановщика оперы Уильяма Лейси, отчетливо слышится в музыке: "Есть безусловная связь между характерами Моцарта и Фигаро. Думаю, сам Моцарт находил в себе черты Фигаро. Ведь он, можно сказать, был слугой. Тогда к композиторам относились, как к прислуге. Но Моцарт был очень умным слугой, таким же, как Фигаро. Думаю, что в своей жене Констанции он видел черты Сюзанны". Увидеть близкие черты в героях оперы несложно. Это вневременная история о том, как чья-то страсть противоречит чьим-то желаниям, коварство пасует перед любовью, а ревность поражает разум. Даже искрометный Фигаро, заподозрив любимую в измене, становится потерянным. Исполнитель партии - Александр Миминошвили - признает: он намеренно добавил ранимости своему задорному персонажу. "Я, конечно, к Фигаро отношусь серьезно. Я хочу сделать не только его таким живчиком, но и добавить какие-то трогательные моменты, когда человек начинает теряться из-за того, что не все идет, как он задумывал. И вызвать симпатию зрителей, потому что зритель всегда чувствует это". Премьера "Свадьбы Фигаро" Моцарта на Новой сцене главного театра страны пройдет 25 апреля. Опера исполняется на итальянском языке с русскими субтитрами.
pic#87971784 основная
  • lapadom

Пермский театр оперы и балета и Теодор Курентзис завершили проект «Оперы Моцарта — Да Понте в Перми»

Апология Дон Жуана
Пермский театр оперы и балета и Теодор Курентзис завершили проект «Оперы Моцарта — Да Понте в Перми»

Моцартовского «Дон Жуана», который на протяжении всей минувшей недели, от воскресенья до воскресенья, создавал в Перми вечернюю культурную повестку, публика приняла на удивление благожелательно. Может быть, оттого что ждали чего-то «страшно авангардного», а получили нечто совсем иное.

Торжество свободы — не долгое, но яркое
Фото: Антон Завьялов
Аргентинско-испанский режиссёр Валентина Карраско накануне премьеры щедро раздавала интервью, в которых говорила о психоанализе и фильмах-нуар, о сюрреализме и свободе, и во всём этом чувствовался бескомпромиссный и изрядно феминистский подход. Зрители готовились к чему-то непонятному и уж точно «18+», а увидели стильный и довольно строгий спектакль. Множество манекенов здесь образуют нечто вроде многофигурного барельефа, героини изысканно причёсаны в стиле роковых блондинок из фильмов середины прошлого века, а сценическое действие дублируется и дополняется изумительным видео, изобилующим крупными планами, которые подчёркивают красоту и выразительность лиц героев.

Вопреки ожиданиям, спектакль получился очень понятным, логичным и прозрачным по смыслу. Игривым, но аккуратно, без особого риска. И ещё он оказался печальным и с пессимистичным финалом — даром, что комедия состоялась и публика откликалась на шутки радостным смехом.

Главная метафора — живые люди против манекенов; люди на костылях, в бандажах и корсетах против цельного и здорового Дон Жуана — настолько очевидна и проста, что даже неловко её трактовать, всё и так понятно: несвобода против свободы, условности против природного начала, лицемерие против искренности и т. д. «Предшественников» у этой метафоры пруд пруди, но Валентина Карраско этого вовсе не стесняется: вводит в спектакль эпизод из фильма Стенли Кубрика «Поцелуй убийцы», где антураж почти в деталях повторяет основную декорацию спектакля. А могла бы вспомнить и телефильм Аркадия Райкина «Люди и манекены»: там, пусть в сатирическом «разрезе», суть была та же — противопоставление человека и имитации человеческого.

Дон Жуан (Андре Шуэн) и Церлина (Дарья Телятникова) — не обольщение невинности, а поединок на равных
Фото: Антон Завьялов
Режиссёрской изобретательности Валентины Карраско можно позавидовать: в спектакле множество приколов, которые точно попадают в цель, и зрители благодарно радуются обнаружению плюшевого Чебурашки в багаже Лепорелло, его же (Лепорелло) реплике: «Её я знаю уже давно», — когда по телевизору показывают Ангелу Меркель, и подобным актуальным намёкам.

Главный же хит спектакля — это, конечно, гигантский транспарант с надписью Viva La Liberta, появляющийся в центральной сцене, свадьбе Церлины и Мазетто, которую Дон Жуан устроил для простолюдинов в своём замке. В этом слогане усмотрели многое: и протест театра против попытки краевого минкульта навязать новые условия государственного задания, и даже намёки на российскую политическую ситуацию.

В социальных сетях проскользнули предположения, что авторы спектакля дописали либретто. Но им просто повезло: ничего не надо было дописывать, поскольку либреттист Лоренцо Да Понте откликался на актуальную повестку, которая существовала в канун Великой французской революции, а хору MusicAeterna осталось лишь с чувством спеть то самое Viva La Liberta!

Валентина Карраско неоднократно говорила о том, что эта сцена принципиально важна для постановки как выражающая идею свободы, которой во многом посвящён спектакль. И неудивительно, что эпизод нарочито выбивается из визуального ряда: если в целом спектакль выдержан в почти монохромной цветовой гамме фильмов-нуар, то в эпизоде свадьбы появляются чуть ли не кислотные краски. Герои преображаются, меняют серые наряды на хипповский прикид, а бурная массовка, по-альмодоваровски отвязная, бегает по залу, братается со зрителями и тащит их на сцену. Пространство спектакля заполняется танцовщицами-«батарейками», «Кончитами Вурст» и эзотерически продвинутыми йогами. Наконец, появляется барышня топлесс с надписью Femen на животе.

Кажется, что буйство безудержной свободы непобедимо! Но появляются серые люди в корсетах и с костылями, и весёлые фрики оказываются беззащитными перед этим оружием: серость побеждает. Один из злорадных палачей обнаруживает источник креативной весёлости и торжественно его изничтожает. Источником оказывается дирижёр Теодор Курентзис, и инвалид набрасывается на него, спрыгивает в оркестровую яму, выхватывает партитуру и остервенело её топчет прямо в зале перед первым рядом зрителей.

Дон Жуан (Симоне Альбергине) — «импортный», Чебурашка — домашний
Фото: Антон Завьялов
Зловещая сцена почти буквально повторяется в финале, только мишенью озлобленных калек становится не развесёлая тусовка, а главный распространитель смуты, не желающий, к тому же, каяться, — Дон Жуан. После этой расправы традиционная мораль выглядит совсем не торжествующей: Донна Эльвира уйдёт в монастырь, Церлина и Мазетто будут жить размеренной супружеской жизнью, а Лепорелло напьётся в трактире. Скучно, господа, и уже никогда не будет так весело, как было с Дон Жуаном, которого все проклинают.

С идеей свободы в спектакле всё понятно. Гораздо сложнее — с феминизмом. Конечно, он здесь присутствует. История, рассказанная в пермском «Дон Жуане», — это история ярких, страстных, энергичных женщин, вокруг которых почему-то оказались жалкие мужчинки.

Донна Анна куда сильнее и энергичнее, чем её жених Дон Оттавио, а уж Церлина — так просто огонь, и Мазетто рядом с ней смотрится недоразумением. Этот контраст сознательно подчёркивается режиссёром, особенно в эпизоде, где Церлина откровенно соблазняет жениха на «то самое», размахивая перед его носом ярко-зелёным бельём, а жених безуспешно пытается расстегнуть свой ортопедический гульфик, делая смехотворные жесты в сторону девушки: погоди, мол, щас-щас...

По мнению Валентины Карраско, нечего жалеть соблазнённых Дон Жуаном женщин. Сами виноваты: раз соблазнились, значит, хотели этого, пусть и подсознательно. Дон Жуан виноват в другом: в том, что не смог сравниться с героинями в искренности чувства, в страстности. Для него любовь — это спорт, внутренне он холоден, и женщине-режиссёру это откровенно неприятно, недаром она заставляет героя петь серенаду, обращаясь... к резиновой кукле: вот каков его идеал.

Так что нельзя сказать, что Дон Жуан в Перми подан однозначно восторженно.

Впрочем, то, чего не сделала режиссёр спектакля, сделали актёры. Оба Дон Жуана — Симоне Альбергини и Андре Шуэн — прекрасны и харизматичны, они влюбляют в себя не только героинь, но и зрительниц, и это, пожалуй, главное условие успеха спектакля. Вопреки глуповатому сюжету с множеством условностей (стоит персонажу сменить пиджак, и его тут же перестают узнавать, как это водится в старых-престарых водевилях) герою, а следовательно, и всей истории, веришь. Актёрская правда превращается в правду всей постановки. Да и с пением у обоих Дон Жуанов всё в порядке.

Можно было бы много хорошего написать о каждом из певцов, но хочется особенно отметить пермских прим Надежду Павлову (Донна Анна) и Наталью Кириллову (Донна Эльвира). Обе буквально превзошли себя.

Совершенно бесподобная Церлина — стажёр театра Дарья Телятникова. Ей, правда, не всегда хватает сил и дыхания, под конец спектакля речитативы в её исполнении становятся слегка разговорными. Но чувствуется, что она ещё распоётся.

Оперы Моцарта в этом многолетнем проекте становятся всё более пермскими. Если «Так поступают все женщины» держалась практически полностью на «импортных» певцах, то «Дон Жуан» укомплектован местными более чем наполовину.

Постановка «Дон Жуана», даром, что стилизована под строгий «нуар», по-барочному многослойна, изобилует деталями, «фишками» и «приколами», так что следить за сценой надо постоянно. А ведь очень многие приходят на спектакль не смотреть, а слушать — слушать «курентзисовского Моцарта», чтобы ещё раз убедиться: да, Моцарт — это его автор.

Теодор Курентзис относится к Вольф­гангу Амадею Моцарту как к родному. Он так хорошо его знает и чувствует, что может себе позволить лепить из его музыки нечто своё, не бояться сверхбыстрых темпов и сверхтихих про­игрышей, неожиданных пауз и игривых завитушек. Несмотря на сложные дирижёрские трактовки, все группы инструментов оркестра и голоса певцов сливаются в изысканную гармонию, и в перерывах зрители спорят не о том, правильно ли Валентина Карраско поступила со старинным сюжетом, а о том, где в зале лучше акустика, чтобы в полной мере насладиться этой гармонией.

Поделиться

Подробнее: http://newsko.ru/articles/nk-1916576.html
pic#87971784 основная

Осветители и просветители

В Экс-ан-Провансе проходит традиционный Festival d`Art Lyrique, признанный в этом году международной Оперной премией лучшим оперным фестивалем. Одно из главных его событий — "Волшебная флейта" Моцарта в постановке знаменитого английского режиссера Саймона Макберни.

Главные герои нынешнего фестиваля вовсе не Моцарт (его оперы всегда есть в афише Экса) с Россини, не Кейти Митчелл или Уильям Кентридж и даже не Ольга Перетятько, имя которой украшает афишу "Турка в Италии". Все внимание приковано к энтермитантам, забастовка которых поставила под угрозу не только Festival d`Art Lyrique, но и всю летнюю фестивальную жизнь во Франции.

Катастрофы удалось избежать, но в Монпелье было-таки отменено несколько спектаклей на фестивале танца, потом сорвалось открытие Авиньонского фестиваля — да и в последующие дни из-за забастовок технического персонала в Авиньоне не состоялось несколько спектаклей. В Эксе все пока идет по плану.

Но над входами во все театры красуются вывески "Культура в опасности", а каждое представление начинается с нового ритуала — на сцену под бурные овации зала выходят техники, работающие по почасовым контрактам, и кто-нибудь из профсоюзных деятелей хорошо поставленным голосом зачитывает одно и то же заявление. Из него следует, что эти люди ради культуры станут выполнять сегодня свою работу, но отказываться от борьбы за сохранение льгот (на наш взгляд, как и на взгляд французского правительства, совершенно исключительных и неоправданно щедрых) они не намерены.

В рядах деятелей культуры, правда, царит смущение: правительство вроде левое, а ведет себя как правое. И все же не надо, наверное, особенно подчеркивать, что не только директора фестивалей, но и режиссеры и занятые в спектаклях знаменитости борьбу энтермитантов поддерживают (во всяком случае, публично). Перед "Волшебной флейтой" зачитали еще и обращение режиссера Саймона Макберни, попытавшегося связать угрозу социального взрыва в культурной сфере с содержанием оперы "Волшебная флейта".

В опере говорится о приходе Просвещения, о походе людей из тьмы к свету, вот и в реальности примерно те же проблемы: культура — это свет, а без почасовиков никаких культурных актов в театральной сфере не совершишь.

Беда в том, однако, что путь к свету оказывается сложен и не всегда выводит к цели, а режиссерская работа Саймона Макберни лучшее тому подтверждение. Не так давно открывший для себя мир оперы, а до этого прославившийся спектаклями в руководимой им лондонской компании "Комплисите", Макберни, кажется, решил попробовать в музыкальном мире все приемы и темы современного театра кряду.

Так, достижения сценической машинерии (художник Михаэль Левин) представлены подвешенной посреди сцены платформой, которая, меняя высоту и угол наклона, свободно превращается то в потолок, то в пол, то в склон горы, то в летучий корабль, то в стол для заседаний. Сзади и спереди от универсальной конструкции предусмотрены экраны.

Проекцией управляет художник, сидящий в будочке на авансцене слева. Его рисунки превращаются в анимацию на заднике — мало того что нехитрую и местами обескураживающе иллюстративную, так еще и не слишком продуманную, возникающую как-то спорадически. Симметрично располагается саунд-художник, "расцвечивающий" столь же немудреными эффектами речитативы — что, правда, не избавляет от ощущения, что и этот режиссер, подобно многим, так и не придумал, что с ними делать.

Путаясь, отвлекаясь и иногда совсем теряясь, Макберни рассказывает историю о переходе власти в мире от мистических сил, представленных полупарализованной, ездящей в инвалидном кресле Царицей ночи и ее помощницами, к энергичной партии дисциплинированных рационалистов. Пусть не смущает зрителя артистическая седая грива Зорастро — нравы в его клане царят вполне тоталитарные, к тому же осложненные актуальными гендерными конфликтами: новая элита то и дело разбегается на женскую и мужскую фракции, волшебная же флейта здесь превращается в инструмент для манипуляции.

Главные герои, как им и положено, должны воплощать естественные чувства, которым назначено победить. Одетый в серо-черные тона спектакль словно сам не знает, чем бы себя закончить — и будто выдыхает с облегчением, когда можно объявить хеппи-энд, в котором сочетаться браком готовы, кажется, не только Тамино с Паминой и Папагено с Папагеной, но и Зорастро с Царицей.

Зато о принадлежности фестиваля в Эксе к числу главных оперных форумов мира лишний раз засвидетельствовал впечатляющий музыкальный уровень постановки. Правда, в отличие от других спектаклей нынешнего года — усиленных звездным кастингом "Ариоданта" и "Турка в Италии" — в "Волшебной флейте" ставка была сделана на разной степени карьерной успешности молодежь, среди которой, впрочем, нетрудно было рассмотреть (или, точнее, расслышать) будущих кумиров миллионов.

Едва ли не главным для себя открытием фестивальная публика справедливо посчитала молодого французского тенора Станисласа де Барбейрака — обладатель пластичного лирического голоса и изумительной кантилены сообщил роли принца Тамино какой-то особенно редкий по нынешним временам аристократизм. Безусловным триумфатором вечера оказалась Катрин Левек — заменив не приехавшую в Экс по причине нездоровья Альбину Шагимуратову, лауреат прошлогодней "Опералии" спела Царицу ночи с такой помесью зашкаливающего драматизма и хирургической вокальной точности, какой меломаны не припомнят со времен дебютов Натали Дессей.

Однако как бы хороши ни были частные вокальные работы, их сумма не смогла заслонить главных героев "Волшебной флейты" — Фрайбургского барочного оркестра и музыкального руководителя Пабло Эрас-Касадо: дробная и маловнятная режиссура стала хорошим фоном для демонстрации его драматургического чутья и заставившей вспомнить о великой дирижерской традиции ХХ века мощной художнической воле.

Выступления в Экс-ан-Провансе подтвердили звездный статус 36-летнего испанского маэстро, в нынешнем сезоне окончательно перешедшего из подающих надежды молодых да ранних в категорию основных ньюсмейкеров европейской музыкальной сцены — чему в немалой степени, кстати, поспособствовало постоянное сотрудничество Эрас-Касадо с коллективом из Фрайбурга: чего стоило хотя бы их памятное весеннее турне с революционным прочтением сочинений Роберта Шумана.

Трактовка "Волшебной флейты" тоже достаточно радикально отличается от привычных стандартов интерпретации классицистских опер, установленных в последние годы, скажем, Рене Якобсом — а его пятилетней давности исполнение моцартовского зингшпиля в Эксе помнят очень хорошо. И дело тут даже не в том, что Эрас-Касадо удалось добиться совершенно нового качества осмысления моцартовского текста — с непривычно плотно застроенной драматургией целого и непривычно обнаженной графичностью рельефа формы.

"Волшебной флейтой" Пабло Эрас-Касадо фестиваль в Экс-ан-Провансе напомнил об одной из ключевых тенденций современного исполнительства: будущее historically informed performance за дирижерами, которые не проводят границ между работой с большими симфоническими оркестрами, академическим исполнительством и сотрудничеством с HIP-коллективами — именно их взаимообогащающие союзы сообщают аутентичному движению новую энергию и новые смыслы.

Роман Должанский и Дмитрий Ренанский
http://minprom.ua/cultarticl/159880.html
pic#87971784 основная

Моцарт в постановке Ханеке украсил фестиваль в Вен

Моцарт в постановке Ханеке украсил фестиваль в Вене
Однако продолжения не последует

Алексей Мокроусов
Vedomosti.ru
18.06.2014
Эта публикация основана на статье «Коварство и любовь» из газеты «Ведомости» от 18.06.2014, №107 (3611).
В Вене завершился традиционный Венский фестиваль. Среди почти тридцати его концертов и спектаклей запомнятся такие яркие события, как «Орфей и Эвридика» Глюка в постановке Ромео Кастеллучи, 24 мультфильма Уильяма Кентриджа к «Зимнему пути» Шуберта, «Тарарабумбия» Дмитрия Крымова. Фурор произвела и опера Моцарта «Так поступают все» в постановке Михаэля Ханеке. Впервые ее показали в Мадриде, и это был один из последних проектов Жерара Мортье.

Спектакль — из тех, что способны изменить представление о театре. Построенный на массе непривычных для оперы пауз, он выглядит трагикомедией, где не разговаривают, а поют.

Чтобы сохранить достоверность, исполнителей выбирали максимально близко к возрасту героев. Квартет влюбленных, павших жертвой сурового эксперимента (Фьордилиджи и Дорабеллу поют Анетт Фритш и Паола Гардина, Гульельмо и Феррандо — Андреас Вольф и Хуан Гателл соответственно), выглядит — но не звучит — едва ли не по-пионерски. Действие происходит на костюмированном балу, все беспробудно пьют. Провоцирующий на измены Дон Альфонсо (хорош английский баритон Уильям Шиммель) влюблен в Деспину (артистичная шведская сопрано Черстин Авемо), их отношения — скрытая пружина сюжета, так и не распрямляющаяся до конца. Кто с кем в итоге остается, публике не ясно, но Ханеке отказывается расшифровывать финал.

«Так поступают все» — вторая работа Ханеке в опере, первым был «Дон Жуан» в Париже во времена интендантства Мортье. Тот, еще руководя Зальцбургским фестивалем, пытался увлечь Ханеке оперой, но преуспел лишь дважды.

Вероятно, это последние показы, новые обсуждаются, но Ханеке скептичен. Он не хочет вводить новых певцов, не менять нынешний состав они договаривались с Мортье. Послаблением публике стала запись «Так поступают все» на DVD; «Дон Жуану» повезло меньше, в свое время Ханеке запретил его снимать.
Вопреки ожиданиям режиссер не планирует ставить третью моцартовскую оперу на либретто Лоренцо да Понте, «Свадьбу Фигаро». А жаль.
Читайте далее: http://www.vedomosti.ru/lifestyle/news/27840341/kovarstvo-i-lyubov#ixzz34zMohNLr
pic#87971784 основная

Пермский театр покажет «Свадьбу Фигаро» на «Золотой Маске» в Москве

«Свадьба Фигаро» стала второй частью задуманной Курентзисом трилогии опер Моцарта на либретто Лоренцо да Понте. Ей предшествовала постановка оперы «Так поступают все», а в настоящее время идет подготовка к «Дон Жуану».

МОСКВА, 23 мар — РИА Новости. Пермский академический театр оперы и балета имени Чайковского, возглавляемый дирижером Теодором Курентзисом, покажет постановку оперы «Свадьба Фигаро» Моцарта в рамках фестиваля «Золотая Маска» в Московском театре «Новая Опера» в воскресенье.

На премию «Свадьба Фигаро» выдвинута в номинации «лучший спектакль в опере». В частных номинациях эксперты «Маски» отметили работы режиссера Филиппа Химмельмана и дирижера Теодора Курентзиса. Певицы Наталья Буклага и Анна Касьян претендуют на премии в категории «лучшая женская роль», а Алексей Бондаренко выдвинут на премию в соответствующей мужской номинации.

«Свадьба Фигаро» стала второй частью задуманной Курентзисом трилогии опер Моцарта на либретто Лоренцо да Понте. Ей предшествовала постановка оперы «Так поступают все», а в настоящее время идет подготовка к «Дон Жуану».

Как рассказала РИА Новости председатель экспертного совета по музыкальному театру премии «Золотая Маска», музыкальный критик Лариса Барыкина, изначально планировалось, что все три оперы создаст одна постановочная команда, однако в итоге режиссеры у спектаклей разные. «Свадьбу Фигаро» поставил немецкий режиссер Филипп Химмельман.

«Он предложил достаточно оригинальное сценическое прочтение, — поведала Барыкина. — Все действие, которое, как известно, происходит в одном доме, он помещает за стекло, и мы видим то, что происходит и внутри, и снаружи. Костюмы не принадлежат определенной эпохе, режиссер концентрируется не на исторических деталях, а на действии».

Барыкина отметила, что для пермской премьеры был сделан «фантастический кастинг», а затем вместе с этими же певцами Курентзис осуществил запись оперы. Эту работу уже высоко оценили критики всего мира. Однако москвичи услышат других исполнителей.

«Мы номинировали Андрея Бондаренко — это петербургский певец, который также пел в постановке Михайловского театра оперы Бриттена “Билли Бад”, — рассказала собеседница агентства. — Также на премии претендуют две певицы. Это француженка русско-армянских кровей Анна Касьян, которую столица уже слышала в прошлом году в спектакле “Так поступают все”, и пермская певица Наталья Буклага».

Она напомнила, что Курентзис уже неоднократно представлял в Москве «Свадьбу Фигаро» — он исполнял ее в концертной версии, также дирижировал постановкой Новосибирского театра на «Золотой Маске» несколько лет назад. «Однако каждый раз Курентзис что-то меняет, потому что для него это особая опера, — отметила Барыкина. — Что касается штриховой культуры, мелизматики, нюансировки — все это выверено до мельчайших подробностей. Главные события этой постановки происходят в музыке, и именно поэтому на этот спектакль стоит попасть — “пермский Моцарт” действительно стал серьезным брендом».